Татуиро (daemones). Глава третья. Брат и сестра

море, маяк

Утром ветер бился в стекла грудью, заставляя их звенеть. Витька прятал голову под подушку, но в конце-концов не выдержал, встал, и сонный, побрел к окну. Рвал газету и запихивал полоски в узкие щели между стеклом и рамой. Сквозняк резал пальцы, покрывая локти мурашками.
Еле расслышав осторожный стук, открыл и с трудом удержал в руке дверь. Вошла хозяйка, прижимая к животу блестящий рефлектор:
— Витенька, вы поди мерзнете. Что ж летом не едете, когда жарко и купаться…
— Да мне хорошо у вас, Дарья Вадимовна, и зимой. Оденусь пойду…
— Да я только печку вот. И завтрак принесу, если встали. Я в город еду, потому разбудила, не надо ли чего?
И, глянув остро в сонное лицо без мыслей, на угол кровати в проеме спаленки, уставилась на россыпь каменных крошек на полу.
Continue reading Татуиро (daemones). Глава третья. Брат и сестра

Тарханкут. Гроза идет

Огромная такая туча, большая, грозная. Прикатилась, гоня перед собой резкий ветер, и встала.

9487998_1871f16b.jpg (900×659)
Continue reading Тарханкут. Гроза идет

DicaPac – новая точка зрения

Силиконовые чехлы для защиты цифровой фототехники не предназначены для крутых профи, это вещи для любительской съемки.
Тем интереснее попробовать, а можно ли снять что-то, не козыряя стоимостью навороченных новинок, которые и снимают сами и видят все без человеческого глаза и вообще скоро обойдутся (уже обходятся) без человека снимающего. Снять что-то совсем другое, важное не глянцевой четкостью, а – другим.
Все это впереди, время покажет, получится ли. А пока первая проба, первые блины.
Море у мыса Тарханкут красоты невероятной, вода прозрачна, потому что нет тут земли и песка, а есть древние скалы, оббитые тысячелетними ветрами. Даже вода с неба не задерживается на них, протекая каменную губку насквозь – пройдет сильнейший дождь, а через полчаса разбитая в мелкий песок каменная крошка на проселках уже сухая.
Но нам с Дикапаком чуть-чуть не повезло. Пару недель дул на Тарханкуте северный и восточный ветер, болтал воду, кидал ее на скалы, обрывая морскую траву и перемешивая мелкую каменную взвесь от дна до поверхности. Пришлось снимать, пока есть возможность, не ждать же сентября-октября, когда на побережье приезжают дайверы – погружаться в чистейшую осеннюю воду.
В следующий раз буду окунать Дикапак уже в воду керченского пролива.

9483413_fd671336.jpg (900×675)

9483419_aa72b308.jpg (900×675)

Continue reading DicaPac – новая точка зрения

Меж двух морей

Каллисто – нимфа-охотница, сопровождавшая Артемиду. Каллисто дала своей божественной госпоже клятву, что сохранит девственность, но Зевс заметил красавицу и, по своему обыкновению, не отступился.  Он соблазнил Каллисто, обернувшись самой Артемидой (по другой версии – Аполлоном) и та зачала ребенка. Чтобы спасти мать и дитя от гнева Геры, Зевс превратил девушку в медведицу, которую разгневанная Артемида поражает стрелой. С тех пор медведица Каллисто бродит по звездному небу и никогда не спускается к морю – это запрещено ей царственной Герой…

9450979_e24e99f5.jpg (900×658)

Керченская Каллисто от моря не отлучена

9450982_9c298da3.jpg (900×675)
Continue reading Меж двух морей

Татуиро (daemones). Глава вторая

природа

— А ты, наверное, думаешь, кто такая, а? Что за девушка… Да?
Наташа шла по длинному бревну, балансируя раскинутыми руками, изгибала спину под толстым свитером. Витька шел следом, прижимая к вспотевшему животу ее куртку. Над зеркальной водой величаво поворачивалось солнце, будто показывая разные бока. И — тихо. Так тихо, что страшно дышать — не наморщить бы стоящую перед лицом тишину.
— Думал, да?
Витька пожал плечами. Но когда оглянулась, поспешно согласился:
— Конечно. Что за девушка, думаю, такая…
Continue reading Татуиро (daemones). Глава вторая

Все границы в твоей голове. Встреча редактора Литературы странствий с москвичами

Чудесный hoochecoocheman, за передвижениями которого по миру я еле успеваю следить (не оставляя надежды, что когда-нибудь его снова занесет в Крым, Керчь, пролив, ура-ура прогулки), пишет:

Волею судеб, 20 июля (пятница), в парке искусств МУЗЕОН (павильон “Школа”), буду рассказывать о Путешествиях. С чего начинал, что вдохновляло тогда и сейчас, какими способами путешествую, куда посоветую поехать, что такое профессиональный путешественник и как им можно стать. Рассказ мой начнётся с методологии и концепции путешествий, далее я остановлюсь (с показом фотографий) на нескольких интересных странах и регионах (Афганистан, Памир, Марокко, Шри-Ланка, Гиперборея, Южная Осетия и пр.) и закончим мы всё это пиршество духа ответами на вопросы.

Начало в 19:30, вход и выход свободный.

Добро пожаловать!
—————————–

Все подробности о встрече в журнале

http://hoochecoocheman.livejournal.com/270135.html

Внизу по ссылке интервью для портала Литература Странствий
Вопросы неугомонному задавала Елена Блонди, прошу любить


Все границы – в твоей голове. Наш редактор вернулся с Памира

Подзорная труба ЛС. Места силы Бориса Гусева

Голосовой овраг в Коломенском

0001

«История, застывшая в камне», – это распространенное выражение в полной мере применимо к столичному музею-заповеднику «Коломенское». Белоснежную церковь Вознесения построил здесь еще в XVI веке великий князь Василий III. Роскошные Царские врата возведены в царствование Алексея Михайловича. На соседнем холме возвышается храм Иоанна Предтечи, построенный в честь восшествия на престол самого Иоанна Грозного. Но есть в Коломенском еще одна, особенная достопримечательность. Причем не рукотворная, а природная. Речь идет о знаменитом Голосовом овраге, который по количеству сложенных о нем легенд заметно опережает все остальные местные реликвии.

Обитель подземного бога

Овраг, протянувшийся с запада на восток, условно разделяет Коломенское на две почти равные части. Одна из них – цивилизованная. Здесь сосредоточены музеи, киоски с сувенирами, многочисленные кафе и знаменитая смотровая площадка. Другая часть заповедника – «дикая». Это – заросшие травой холмы, небольшие рощицы и старый фруктовый сад с большими валунами, напоминающими символы древних языческих религий.

По дну оврага течет небольшой ручей, образованный родниками, которых здесь великое множество. Предание рассказывает, что родники эти – следы коня самого Георгия Победоносца, когда-то проскакавшего здесь с вестью о своей победе над змием. Вода в ручье очень студеная. Утверждают, что ее температура круглый год одна и та же – плюс 4 градуса, что наделяет ее свойствами наибольшей плотности и живительной силы. Зимой ручей не замерзает даже в суровые морозы, чему никто пока не дал объяснения.

Происхождение названия «Голосов овраг» знатоки объясняют по-разному. Романтики связывают его с «голосами природы». Действительно, летом здесь всегда поют птицы, стрекочут кузнечики и шумит вода в ручье.

Однако более убедительной кажется другая версия – мифологическая. Историки полагают, что изначально овраг назывался «Волосов» – по имени Волоса или Велеса, языческого бога – властителя подземного мира и покровителя домашних животных. Так могли назвать этот овраг древние финно-угорские племена, жившие на берегах Москвы-реки задолго до прихода сюда славян. Не случайно археологи нашли в окрестностях Коломенского многочисленные следы древних поселений, существовавшие здесь еще во времена Древнего Рима.

Косвенно подтверждают эту версию современные исследования геологов. Москва, как известно, стоит на так называемой Русской платформе, очень прочном геологическом образовании. Однако у каждой платформы есть свои разломы. Один из самых больших как раз проходит под Голосовым оврагом. Здесь даже были обнаружены следы древней вулканической деятельности. Так что эти места с полным основанием можно считать «воротами в подземное царство».

(легенды Голосового оврага тут)

И еще одно прекрасное место Бориса Гусева.

К моему удовольствию оно связано с книгами.

Это книжный павильон на ВДНХ

0079

Просто откройте картинку в большом размере в новой вкладке и все станет ясно, без лишних слов…

http://borgusev.livejournal.com/46968.html

Татуиро (daemones). Глава первая

1. СНЫ

Тяжелая работа снов. Сны, как тяжелая работа.
…Витька медленно передвигался вдоль склона по узкой тропе с обгрызенными ветром краями. Море внизу выкидывало пенные клочья на узкие полосы пляжиков. Спиной чувствовал взгляд скалы, смотрела хмуро, толкала в лопатки. Обижалась, что быстро ушел, не позаглядывал в гроты, отдергивая руку от напряженных паутин в черных скальных прогрызах. Как не отдернуть: вот каракурт переспелой вишенкой тяжелого брюшка и четыре красных точки крестом на спине.
Continue reading Татуиро (daemones). Глава первая