Квинто Крыся. Итальянская хандра

Ночные капли / природа, вода

Искажение зрения: дождливый восток.
Руки на древесной коре не найдут янтаря.
Continue reading Квинто Крыся. Итальянская хандра

Крыся Квинто. Азиатский базар

Базар? Азиатский Базар? Не люблю.

До него идти несколько кварталов по пыльным улицам, тащить уродскую хозяйственную сумку, полную пакетов, и список покупок. Можно и на маршрутке доехать, но в ней еще хуже: также пыльно, но плюс к тому, а, вернее, минус, еще и потно-плотно-вонюче от всяких тел, жаждущих базара.

Приближение к базару ни с чем не спутаешь: постепенно улицы начинают напоминать ближний восток с той только разницей, что люди не носят автоматического оружия. Пыль под ногами усиливается, небо выбеливается, а плотность человеческого материала начинает подходить к границе терпения. Но это еще не предел, о, нет!

Зимний базар отличается от летнего не ассортиментом, как многие думают, а изменением консистенции грязи. От первой осенней мокроты до тающего снега ржавая пыль постепенно стынет, валунами мазутно-черного цвета намерзает под ногами. От частой оттепели валуны перемежаются лужами, содержимое которых более всего похоже на черную овсянку (правильно, сопливенькую). Бррррр, а еще спрашиваете, почему я не люблю базар. И вот по этому подножию, никем с момента создания особо не убираемому, приходится ходить зимой и летом, а еще надо выискать в длинных рядах овощефруктовую покупку лучшего качества и, желательно, не втридорога.

Не знаю как на ближнем востоке, но на среднеазиатском базаре совсем не обязательно торговаться. Скинут, в лучшем случае, совсем немного.

И упаси Вас боже, если вы вдруг похорошевшая девушка, ходить плотными рядами сухофруктов: придется и от мерзких лап с пошлыми комплиментами уворачиваться, хватать первый попавшийся изюм и драпать, покрывшись гусиной кожей гадливости и омерзения.

Вырвешься оттуда, на более свободное пространство, а там мальчишки и мелкие мужычки шныряют с тележками: обязательно по новой обуви проедут, если зазеваешься и не успеешь отскочить от «пастаранис» и громыхания.

Конечно, положительные моменты есть: изобилие, вкуснота… приятен ряд копченостей (в основном, мясА, сало, буженина, ковбасы), где без ухватистых лап толстыя румяныя тетки так заговорят, что обязательно напробуешься, да и купишь чего-нибудь к воскресному столу. Вниз по лестнице – еще один зал, со свежим мясом – испытание не для слабонервных, особенно отдел всяческой требухи, но туда мы – ни ногой: в списке мяса нет.

Твороги и ряженки, сметаны и молоко – это все в другом павильоне. О, эта базарная сметана!!! Когда первый раз в жизни ешь ее, то первое, что поражает городского домашнего ребенка, выросшего на совдеповской кисло-жиденькой, в стеклянных маленьких баночках с крышечками из проколотой иногда фольги, – это ложка, которая стоит в плотной деревенской сметане и вовсе ничуть не тонет! Вкус, надо отметить, соответствует восторгу от стоящей ложки. Потом ряженка… можно хряпнуть стакан топленой ряженки и ходить далее по базару уже в большем благодушии, нежели на пустой желудок. К тому же сытно и вкусно, ой как!!! Что там у нас по списку? Творожок-с, вот он, почти зернененькай, поражает жирностию, и несколько даже сдобным вкусом. В него можно этой же базарной сметанки сунуть ложку-другую, намыть туда изюма и так уж оторваться, так уж… А в сливки можно клубники наложить, или, там, малины, и взбить стареньким миксером, который будет вонять жженой резиной, но взобьёт как надо и вкуса коктейля не испортит.

Да, вот и подобрались мы, через ряды со специями и пряностями, через завалы из овощей, через сухофруктовые дебри, через ряды с тазами, в которых в воде стоит свеженькая «зелень», через ряды с крупами и мукАми, где продают семечки в огроменных мешках-горах, где на прилавках лежат полиэтиленовые колбаски с насваем, гадостным как не знаю что… так вот, наконец, мы и подобрались к рядам фруктово-ягодным, где на каменно-цементных прилавках, крытых газетами и полиэтиленовыми пакетами, сложены горами по сезону, от клубники и черешни, простой и окулированной (калированая которая), до персиков всех возможных форм, размеров и цветов, винограда всеразнообразнейшего и простецких, но не последних по вкусу яблок и груш. Да, чуть дальше, можно получить почти всё то же самое и еще больше, но уже ведрами, эх! Зато очень отвратительно потом перебирать на варенье какую-нибудь кислую вишню, вырывать из нее кости до щипания в пальцах и сидеть по локоть в крови, и вокруг все будет забрызгано – ну чистый мясник…

Чуть не забыла помянуть летние развалы арбузов и дынь, огромных, как небольшие свинушки (или крупныя молочныя поросятки). Когда лето входит в штопор, на излете августа, когда арбузы становятся уже плево дешевы, вот тогда-то и надо их, что называется, «брать». Брать, уносить, делить по количеству голов в семействе (желательно, чтобы было не более двух-трех голов, иначе кайф будет сильно уменьшен), и есть его ложкой. Можно уже настолько обнаглеть, чтобы есть только самую спелую, самую сладкую, сахарно-рассыпчатую сердцевину, где нет костей, только удовольствие…

…А базар, что же, необходимое зло, да, но не люблю, не люблю.

Крыся Квинто. Моя Манчжурия

Заснуть, умереть, лишь слышать:

“Манчжурия….” –

Печальную песню страны, где нет меня и не будет:

“Манчжурия, Манчжурия моя…” – Continue reading Крыся Квинто. Моя Манчжурия

Крыся Квинто. Пальцем в небо

Ночь, ветер, дождь. Мой парашют, запутавшийся в высоковольтных проводах, мокрая дорога глубоко внизу…

Будильник не прозвонил. Мутным рассветом, черным кофе, предвкушением прыжка свежее утро встретило, обняло, вытащило из постели, вбросило в такси… Continue reading Крыся Квинто. Пальцем в небо