Феодосия. ПРИВЕТ ИЗ КРЫМА/GREETINGS FROM CRIMEA

Мы приглашаем вас на выставку, открывшуюся первого ноября 2011 г. в музее Грина в городе Феодосия.

Организатор
Alexander Rusov
Выставка объединяет фотографии конца XIX—начала ХХ века из частного собрания Константина Бенедиктова и современную крымскую фотографию Александра Русова. Все—о Крыме, как леденцы воспоминаний о безмятежном лете.
Кураторы: Ирина Чмырева, Александр Русов. В 2010 выставка была показана в галерее “Феофания”, Москва и в рамках программы «Человек
и море» PHOTOVISA 2010, Краснодар.
Феодосийский литературно-мемориальный музей А.С.Грина, ул.Галерейная, 10,
Феодосия, Украина.
1 Ноября—12 декабря 2011 года
Continue reading Феодосия. ПРИВЕТ ИЗ КРЫМА/GREETINGS FROM CRIMEA

Джеральд Даррелл “Моя семья и другие звери” (отрывок)

Картинка 36 из 120924

Итак, полностью, по нашим стандартам, оснащенные, мы покинули холодные
берега Англии.
Мимо пронеслась Франция, грустная, залитая дождями; Швейцария, похожая
на рождественский торт; яркая, шумная, пропитанная резкими запахами Италия
— и скоро от всего остались лишь смутные воспоминания. Крошечный пароходик
отвалил от каблука Италии и вышел в сумеречное море.
Continue reading Джеральд Даррелл “Моя семья и другие звери” (отрывок)

Виды Крыма Василия Сокорнова

Сумерки на море. (Ялта)

Сумерки на море (Ялта)
1905 г. Платинотипия; 23,5 х16,9; 38,3х29

Красоты Крыма привлекали фотографов с самого зарождения жанра фотопейзажа. Сегодня на фоне великолепных ландшафтов и многочисленных дворцов с удовольствием фотографируются отдыхающие, во времена же, когда фотография еще не приобрела столь массового характера, всероссийскую славу имели крымские фотоателье. Без преувеличения самым известным из них было фотоателье Василия Никандровича Сокорнова, видовые открытки которого пользовались огромной популярностью и тысячами разлетались по всей России.

Василий Сокорнов
Continue reading Виды Крыма Василия Сокорнова

Бунин Иван Алексеевич. В жарком золоте заката

http://f9.ifotki.info/org/5f76900ce07504c2ccb62ddd5c957e4abc81d6100626281.jpg

Рисунок Дэвида Робертса

В жарком золоте заката Пирамиды,
Вдоль по Нилу, на утеху иностранцам,
Шелком в воду светят парусные лодки
И бежит луксорский белый пароход.
Это час, когда за Нилом пальмы четки,
И в Каире блещут стекла алым глянцем,
И хедив в ландо катается, и гиды
По кофейням отдыхают от господ.
Continue reading Бунин Иван Алексеевич. В жарком золоте заката

Елена Колчак. Лимерики

А вот потому!

Эта бессмысленная реплика как нельзя лучше отвечает на вопрос “Что же такое лимерик?”
В этих шуточных английских стишках абсурдно даже название. Кажется очевидным, что оно происходит от ирландского городка Лимерик. При этом версий-то происхождения много, но среди них – ни одной убедительной. А вот лимерик, и все тут!

Упрямый обжора в Крыму
готовил из устриц долму.
Когда ж “Так нельзя!” –
говорили друзья,
твердил им: “А вот потому!”


Лимерик по сути своей очень похож на русские частушки:
Continue reading Елена Колчак. Лимерики

Баия Жоржи Амаду

http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/f/fb/Brazil_State_Bahia.svg/613px-Brazil_State_Bahia.svg.png
“Гума орудуем рулем. Жеремиас тоже не надеется увидеть его еще раз. Не надеется, что «Смелый» еще когда-нибудь пройдет за волноломом. Никогда уж не придется Жеремиасу петь для Гумы. Это ведь Жеремиас поет по ночам о том, как сладко умереть в море… «Смелый» бежит по волнам. Теперь предстоит ему бешеный бег. Ветер теперь попутный. Шлюп чуть не опрокинулся, когда Гума пытался изменить направление. Ветер хочет унести Гуму, бросает волны на палубу, склеивает мокрые волосы, свистит в ушах. Ветер гуляет по палубе. Ветер свищет в снастях. Ветер гасит фонарь на корме. Огни города, все более далекие, быстро мчатся мимо. Теперь это бег без конца и без времени, и судно и кормчий кренятся набок, и руки впиваются в руль. Куда увлекает его этот ветер? Дождь мочит его тело, хлещет в лицо. Ничего нельзя различить в темноте. Только гудок заблудившегося корабля указывает ему путь. Может случиться, что он пройдет далеко от корабля, может случиться, что ударится всеми ребрами об остров Итапарика или о любую скалу посреди моря. Никто не осмелится выйти в море нынче. Даже Жеремиас изумился, когда он прошел у волнолома. А Жеремиас — это старый солдат. Он живет там, в покинутом форте, один, как крот, с тех пор как стал слишком стар для военной службы. Он остался жить здесь, посреди моря, в своей заброшенной крепости, чтоб не расставаться с пушками, со всем, что напоминало ему казарму и военный быт. Он шел своим путем до конца. И Гуна шел своим — путем «Смелого», и уже не шел, а бешено мчался по бушующему морю. Быть может, он так и не дойдет до цели, и завтра поутру будут искать его тело. Старый Франсиско напишет татуировкой его имя на руке и будет рассказывать о его приключениях и безумствах в кругу рыбаков, на пристани. Роза Палмейрао, наверно, его позабудет и станет любить других и думать, что хорошо б иметь сына. Но, несмотря на все это, закон пристани будет исполнен, и жизнь Гумы станет примером для других в другие времена.”

(Жоржи Амаду. Мертвое море. Трилогия «Романы о Баие»)

http://www.scotlandtravel.com/fotos/Praiadoforte.jpg

Памятник человеку-невидимке

Как может выглядеть памятник тому, кто невидим?

Писатель Евгений Касимов и художник Александр Шабуров решили, что вот так. И создали памятник, который с 1999 года является одной из достопримечательностей Екатеринбурга.

Гезлевские четки Аллаха

В средневековом Гезлеве в 1552 году при хане Девлете I Герае была заложена  мечеть Джума-Джами, что в переводе означает “пятничная крепость”. Проект самой большой в Крыму мечети был заказан ханом стамбульскому архитектору Ходже Синану. По проектам Синана, в чьём творчестве обнаруживают много схожих черт с Микеланджело, в Мекке было построено медресе, в Будапеште мечеть и более трехсот замечательных сооружений в странах мусульманского Востока. Выдающийся грек, Ходжа Синан,  одновременно с мечетью Джума-Джами возводил в Стамбуле мечеть султана Сулеймана 1.

Мечеть султана Сулеймана Великолепного ( была построена в 1550-1557 годах)

Строительство Джума-Джами затянулось еще и из-за недостатка средств, так как большая часть денег, поступавших в казну, расходовалась на ведение войны с Иваном Грозным. Только в 1564 году строительство завершилось.

Композиция храма построена по принципу «нарастающих объёмов». Образцом для этой и других мечетей Ходжи Синана мог послужить известный собор Св. Софии в Константинополе. Несущие части собора сложены из известняка, но основной материал, использованный при строительстве, — камень-ракушечник. Мечеть — центральное купольное здание, в плане приближающееся к квадрату, с запада и с востока к которому пристроены два минарета. Два яруса редко посаженных окон освещают двухэтажные боковые галереи, перекрытые плоскими куполами по три в ряд. Центральный зал, высотой около 22 метров, перекрыт мощным куполом с 16 окнами.

В 1616 году в Стамбуле после семилетнего строительства было завершено возведение  мечети султана Ахмеда 1 –  Голубой мечети.

Архитектор мечети — Седефкар Мехмет Ага – ученик и главный помощник  Синана – решил превзойти своего учителя.

По легенде султан приказал построить 4 золотых (алтын) минарета, но архитектор что-то напутал и построил шесть (алты) минаретов.

Так и сложился забавный исторический казус: Синаном одновременно строились две мечети: в Стамбуле мечеть султана Сулеймана Великолепного о четырех минаретах и в Гезлеве мечеть Джума-Джами о двух минаретах. Ученик Синана “явно превзошел” своего учителя, соорудив в Стамбуле Голубую мечеть о шести минаретах.

На все воля Аллаха!

Гезлев

Город горбатился верблюдом двугорбым,
Сгорбив презрительно губы.
Губчатой сгорбленностью сгорбились пирсы,
Питаясь солёностью моря.
Волны горбатились, набегая
На жёлтый песок под пирсом.
Пирс горбатился, налегая
На жёлтый песок пушистый.
Песок горбатился, дюнясь в складках
Маленького побережья.
Мечеть минаретами
Горбами верблюжьими,
Губами исламскими
Горбила воздух города
Призывами громоподобными.
Собаки горбатились воем,
Пеной горбатилось море,
Вбирая морскими губками
Исламские звуки города –
Сгорбившегося верблюда.

Пять ворот Гезлева

Крепостные ворота средневекового Гезлева расположены в исторической части Евпатории, неподалеку от мечети Хан-Джами и Свято-Николаевского собора. Рядом – в 150 метрах – набережная.

ИСТОРИЯ
После гибели Керкинитиды на берегах Евпатории наступило почти тысячелетнее затишье. Но жизнь не исчезала совсем, а в XIV веке, на месте стертой с лица земли Керкинитиды, был заложен город-крепость Гезлёв, славяне называли «Козлов», который был похож на большинство средневековых городов.
Османской империей в 1475 году, на территории бывшей Керкинитиды, где к тому времени существовало лишь небольшое поселение, была построена крепость Гезлев. Название ее происходит от сочетания двух тюркских слов: «гез» – глаз и «лев» – дом. Центр города Гезлев был обнесен мощной по тем временам крепостной стеной с воротами, башнями и рвом, за которым находились жилые кварталы разноязычного населения. Боевая крепость города была огромной и имела форму пятиугольника.
Со временем город приобрел значение второй, морской столицы Крымского ханства. Гезлев был застроен густо. Узкие кривые улочки делили город на кварталы: мусульманский, армянский, караимский, греческий, цыганский. Город Гезлев славился своими мечетями, красивыми фонтанами, удобным водопроводом и турецкими банями. Здесь родился один из более известных представителей тюркоязычной поэзии – Ашик Омер. Известно более 2000 его стихотворений и поэм, в которых наряду с романтической, присутствует социальная, философская, религиозно-мистическая (суфийская) тематика.
Гезлев – это один из значительных городов Крымского ханства. По количеству домов он уступал только Бахчисараю, являлся крупным центром торговли, в том числе работорговли.

ВОРОТА ГЕЗЛЕВА

Средневековый Гезлев имел 5 городских ворот: Портовые, Лошадиные, Белого муллы, Дровяного базара, Земляные.

Лошадиные ворота назывались так потому, что были настолько узки, что пройти в них мог только пеший или всадник. Сейчас на месте этих ворот (перекресток улиц Демышева, Пионерской и Дм. Ульянова) находится композиция “Лошадиные ворота”

Ворота Дровяного базара назывались так потому, что сразу за ними начинался дровяной базар. Над ними висело изображение двух грудей.

Ворота Белого муллы располагались в районе современного перекрестка Евпатории: улиц Караимской и Дм. Ульянова. Над воротами был изображен человеческий живот. Живительная вода поступала в город через Ворота Белого муллы на больших повозках в бочках.

Гезлевский поэт-ашик Омер, вернувшись из долгих странствий по странам Востока, возвел в родном городе две мечети, одна из которых находится в обители дервишей.

Минарет мечети на территории ансамбля Текие дервишей

Вторая мечеть была возведена Ашиком Омером возле ворот Белого муллы.

Возле стен этого мусульманского храма в 1707 году горожане и похоронили своего певца. С тех пор мечеть стали называть Ашик-Омер.

“Я из Гезлёва, Омером наречён.
В Книгу судеб лик мой свято занесён.
Я возник из капли, с долей обручён
Жить в раю, куда Всевышним поселён”.

Земляные ворота располагались в районе современного перекрестка улиц Интернациональной и Больничной и по преданию связаны существующими и поныне подземными ходами Евпатории.

Портовые ворота располагались со стороны моря. На внутренней стороне этих ворот было изображение человеческой головы с сильно удлиненным черепом.

Одун Базар Капусу (Деревянные базарные ворота) (ворота на углу улиц Караимской и Караева): у них имеется башня и маленькая дверь, называемая Тешик, на которой высечены двойные женские груди в качестве эмблемы.
Одун Базар Капусу (Деревянные базарные ворота), являлись наиболее крупными из пяти ворот татаро–турецкого Гезлева, они размещались в восточной, торгово–ремесленной части крепости. Ширина ворот составляла более 12 м., а длина проезда 13,5 м. Предположительно высота ворот – около 20 метров.
В 19 веке ворота имели еще одно название «Кемер-капу» – «Арочные ворота», их проем шириной 3,75 м. перекрывался цилиндрическим сводом усиленным подпружными арками. Высота проема составляла 3,62 м.

Дровяной базар перед воротами существовал уже во времена Гезлева Эвлией Челеби, который также упоминает расположенные у восточного участка города два мусульманских и два христианских квартала с армянской церковью. В 1633 году состоялся самый разрушительный набег казаков на город, который был сожжен и разрушен.

Уцелевшие помещения северной половины ворот в 19-20 веках использовались для лавок и мастерских.