Эльмира Алейникова. Мусор и чуток фантазии

 []

Что вы обычно делаете с мусором? С пластиковыми и стеклянными бутылками, пакетами от сока и молока, металлическими крышками от бутылок и соков, пивными банками и еще многим чем, что каждый день скапливается на кухне? Только честно! Выбрасываете? В одну кучу и – на мусорку, да? Угадала? Или вы, все же, собираете их и используете по второму кругу? А, может быть, среди вас, мои дорогие читатели, есть такие творческие натуры, кто из всего этого мусора что-то мастерит – интересное и полезное – для дома и просто для красоты? Тогда этот фотоочерк для вас.

…Сорок пять минут езды от Найроби в сторону Национального парка и вот мы уже ставим машину около огромной свалки, поблескивающей на солнце стеклянными боками. Гора разноцветных бутылок и банок притягивает меня к себе – столько интересного! Каких только форм и расцветок бутылок здесь нет! Многие вижу впервые в жизни, поэтому хочется выбрать парочку-другую и увезти с собой домой в качестве сувениров, но решаю сделать это попозже, когда осмотрю студию. Прошла вперед по дорожке, переливающейся цветами радуги, – она выложена стекляшками, и забыла про красивые пустые бутылки напрочь.
Continue reading Эльмира Алейникова. Мусор и чуток фантазии

Эльмира Алейникова. Мой внук Поко – шимпанзе

Стала бабушкой в один миг…

– Я хочу его усыновить, или как это называется у вас, взрослых? – Решительно произнесла наша семилетняя дочка и, уже обращаясь к сотруднику в униформе, серьёзно повела переговоры о первом взносе и предстоящей операции на глазах, которую пророчат специалисты для её любимчика Поко.

Поко [Э.Алейникова]

– Доча, но ты сама ещё маленькая… – попробовала я возразить, выйдя из ступора, но муж уже протягивал деньги сотруднику питомника, бросая на меня выразительные взгляды, что нужно было понимать как команду “Молчать!”.
– Мне скоро восемь лет, и я могу быть мамой для моего Поко. Это же не значит, что я его настоящая мама и родЮла его, нет, не правильно, родЯла его. Хм, как по-русски это правильно говорится, мама? – Чёрные глазёнки нашей егозы вопросительно уставились на меня.
– Родила, – поправила я её, рассматривая красивый сертификат, в свободную строчку которого только что вписали имя нашей дочки- новоиспеченной мамы шимпанзе Поко.
– А, да, родила! Ну вот, я его не родила, но я теперь его мама. Он же был сиротинушка до дого, как я его усыновила, а теперь он будет счастливый, у него есть я.

Continue reading Эльмира Алейникова. Мой внук Поко – шимпанзе

Эльмира Алейникова. Дикий мир Джой Адамсон

Есть дом-музей Джой и Джорджа Адамсонов на озере Найваша в Кении, Африка. Рядом жили люди, оставившие неизгладимый след в истории…

Так уж получилось, что живя в Узбекистане, вдалеке от чёрного континента, интересовалась Африкой мало, или почти не интересовалась. Зато названия знала: Келиманджаро, Калахари, Сахара, Лимпопо, Фернандо-По… И все благодаря детскому писателю Корнею Ивановичу Чуковскому, писавшему: “Не ходите, дети, в Африку гулять! В Африке гориллы…в Африке большие крокодилы. Будут вас кусать, бить и обижать…”. Помните? Кому же после таких стихов в Африку захочется? А тем более читать о ней? Так бы я и прожила в своём шелковом уютном коконе, полагая, что интереснее Узбекистана нет места на Земле, если бы судьба не забросила в Кению.
Continue reading Эльмира Алейникова. Дикий мир Джой Адамсон

Эльмира Алейникова. Момбаса – жемчужина у океана

Экватор проходит по южной части Кении, через портовый город Момбаса…

Вообще-то я собиралась рассказать вам об Индийском океане и белоснежных пляжах… Но как-то так получалось, что нить моего рассказа об океане, с какого бы боку я ни начинала, крепким узлом завязывалась на городе-порте Момбасе и не хотела без него двигаться дальше. Тогда я просто отпустила тормоза и стала писать так, как складывалось само собой. И вправду, почему бы не поговорить о Момбасе, тем более, все равно нужно пересечь ее, если хочешь попасть к океану из Найроби.
Момбаса когда-то была столицей Кении, поэтому за ней тянется яркий и богатый шлейф истории. Многие источники говорят, что первый путеводитель по городу был написан еще Диогеном. Увы, документальных подтверждений тому я не нашла. Возможно, когда он был в рабстве и путешествовал с работорговцами? Буду искать информацию о диогеновом путеводителе, если таковой есть в природе.

 []

 []
Continue reading Эльмира Алейникова. Момбаса – жемчужина у океана

Алейникова Эльмира. Ворота в ад: совсем не страшно

Hell’s Gate National Park (“Адские ворота” или “Ворота в ад”) – небольшой национальный парк в Кении. Расположен сравнительно недалеко от города Найроби, – расстояние до него 90 километров – в Великой долине Рильф. Площадь парка чуть больше 68 кв. км. Он расположен рядом с озером Найваша.
По легенде, племена масаи стали причиной такого странного названия этих мест. Hell’s Gate – так в XIX веке окрестил этот уголок Африки некий исследователь: дикари выскочили из засады и убили его товарища. Так масаи доказали свою жестокость (рассказы о которой муссировались белыми колонизаторами постоянно) на практике как минимум один раз, что и отразилось в названии национального парка.
Название парка оправдывает себя на все сто. Здесь чертовски красиво и интересно. Огромные черные “пальцы дьвола”, торчащие из-под земли там и сям, глубокая жаркая расщелина (пересохшее русто реки) с бьющими кипящими родниками, красные отвесные скалы с белыми каемками от выступившей на поверхность обычнойпищевой содой и пар от многочисленных гейзеров. Чертовская красота. Добро пожаловать в ад!

 []

 []
Continue reading Алейникова Эльмира. Ворота в ад: совсем не страшно

Алейникова Эльмира. Saruni значит “вождь масаи”. 3 часть

Глава 3

Энциклопедическая справка:
Масаи – полукочевой африканский коренной народ, живущий в саванне на юге Кении и на севере Танзании. Говорят на масайском языке. Масаи насчитывают примерно 900 000 человек, из них, по разным оценкам, 350 000-453 000 живёт в Кении. Масаи относятся к нильскому семейству языковых групп и, вероятно, мигрировали из долины Нила в Судане в центральную и юго-западную Кению уже после 1500 года, приведя и свой одомашненный скот. Хотя другие африканские племена строили цивилизации и формировали царства, масаи никогда не отходили от своего полукочевого образа жизни. Территории, доступные для кочёвок, заметно сократились в последние годы из-за урбанизации, а также создания национальных заповедников Масаи Мара и Серенгети.

Continue reading Алейникова Эльмира. Saruni значит “вождь масаи”. 3 часть

Алейникова Эльмира. Saruni значит “вождь масаи”. 2 часть

масаи

Глава 3
Часть 2
Кто живет вокруг заповедника Масаи Мара

Насмотревшись на диких животных Масаи Мара, поздним вечером мы вернулись в наш лагерь. Охранники кемпинга, ставшие за два дня друзьями семьи, Томас и Джонатан ждали нас у ярко горевшего костра в центре лагеря. В отблесках языков пламени эти два масаи в красных накидках и с копьями смотрелись великолепно.
Continue reading Алейникова Эльмира. Saruni значит “вождь масаи”. 2 часть

Алейникова Эльмира. Saruni значит “вождь масаи”. 1 часть

Кения

…Если выехать рано утром из Найроби и все время держать курс на запад: через перевал по узкому серпантину горной дороги; по пути остановиться отдохнуть на обочине перед Итальянской церковью; позже еще раз остановиться, чтобы полюбоваться с деревянной смотровой площадки перед сувенирной лавкой, как выглядит с высоты Великая долина Рильф; попутно примерить шапку из белоснежной овечьей шкуры с черной звездочкой; купить карту, вырезанную на куске шлифованного камня; затем, осторожно лавируя между грузовиками, спуститься с горной дороги и повернуть налево в сторону городка Нарок; проехать по пыльному бездорожью до Нарока, пересечь его, то попадаешь на отличное шоссе, которая ведет тебя в сказочный мир Масаи Мара.
Но, прежде чем выехать из дома рано утром, важно знать, куда и зачем ты едешь. Важно понять, для чего тебе нужно попасть в мир, где человек и природа срослись настолько тесно, что трудно провести между ними грань. Где трудно осудить воина за то, что он убил копьем льва, когда тот пробрался ночью в загон для коров. Где люди пьют кровь своих буйволов, чтобы не умереть с голоду и от жажды. Где украшения из бисера настолько яркие, что ты не можешь пройти мимо и не купить, хотя отлично понимаешь, что никогда не сможешь их надеть в своем мире. Где много того, что на твой “цивилизованный” взгляд – дикость, но что есть повседневная жизнь людей, живущих в Масаи Мара…
Continue reading Алейникова Эльмира. Saruni значит “вождь масаи”. 1 часть

Алейникова Эльмира. Тысяча и одна тайна Геде

 [Э.Алейникова]
Путешествуя по кенийскому городку Малинди на побережье Индийского океана и национальному морскому парку Ватаму, наткнулись на дорожный указатель с короткой и ёмкой надписью “Геде – руины древнего города. Охраняется государством”. Что за город? Почему руины? Кто там жил? Вопросы наскакивали один на другой, торопясь вырваться из меня на волю, толкались и тут же терялись среди новых вопросов, оставшихся без ответа. Память старалась выкопать хотя бы кусочек информации об этих руинах близ Малинди, но не могла найти абсолютно ничего, кроме Васко да Гамы и португальцев с арабами. И всё же казалось, что связь с последними должна быть, ведь они пришли на восточное побережье Африки раньше кого-либо, однако новый вопрос – зачем им было селиться так далеко от воды и от бухты, – в тропических лесах, когда рядом есть Малинди? Не найдя вразумительного объяснения, в один из дней решаем отправиться посмотреть на останки города и поговорить с сотрудниками музея.
Continue reading Алейникова Эльмира. Тысяча и одна тайна Геде

Алейникова Эльмира. Масайский базар

базар

Глаза разбегаются… Я часто использую это выражение, но сейчас они, мои бедные глаза, по настоящему разбегаются от ярких красок и удивительных форм, красивых сувениров и необыкновенных бус и браслетов, от всего, что в Найроби называют просто „Масаи маркет”. Его устраивают раз в неделю недалеко от моего дома, по пятницам. Но по нашему, по-азиатски, лучше его называть „Масайский базар”, так как слово „маркет” не передает всей палитры красок, чем отличается этот базар от обычной распродажи.

базар

Чего тут только нет! Деревянные статуэтки животных и людей, каменные шахматы, тарелки и шкатулки, гирлянды стеклянных бус, платья и рубахи, платки и шарфы, страшные маски, ужасные скульптуры, забавные картинки…

базар

Идешь вдоль рядов-„прилавков”, – расстеленных прямо на земле платков с товаром, – затем разглядываешь понравившуюся вещицу, вертишь ее в руках, прицениваешься, торгуешься и…, внезапно увидев другую яркую штучку, бросаешься к следующему торговцу, и все повторяется. Проходит час-другой, а ты все бродишь среди туземных богатств, как Али-Баба среди золота и драгоценностей в пещере сорока разбойников. Хочется купить все и ничего. Противоречия раздирают тебя, ведь умом-то понимаешь, что все взять не получится, а очень хочется. Выбрать одну-две вещицы и бросить остальной клад до следующей пятницы – нет силы воли.

базар

После мучительного выбора, возвращаешься к самой-самой красивой и нужной тебе деревянной тарелке и еще раз разглядываешь ее под уговоры владельца купить это „сокровище”. Решившись, отчаянно, на узбекский манер, торгуешься: стыдишь продавца за то, что он заламывает цену; тычешь ноготком в несуществующую микроскопическую трещинку и просишь сбавить цену за „брак”; деланно уходишь и возвращаешься вроде как нехотя, сделав одолжение владельцу и уступив его уговорам; громко рассуждаешь о мировом экономическом кризисе и падении курса доллара; мило улыбаешься и отрицательно качаешь головой в ответ на предложение накинуть немного; предлагаешь ту цену, которая ровно посередине предложенной торговцем и тобой и, в конце концов, под лозунг „Ни твоя, ни моя цена” вручаешь деньги и забираешь тарелку. Продавший свой товар купец вздыхает с облегчением и ловит за руку другого покупателя, ты же, радостно уходишь с базара, прижав к груди свою деревянную добычу. До следующей пятницы, „Масайский базар!”

базар

базар

базар

базар

базар

Эльмира Алейникова,

Найроби, Кения.

Декабрь 2009 г.